Книга пророка Даниила 2 глава 26 стих

Есть тайны, которые выше умов всех существ, не только людей, но и ангелов. И поэтому падшие ангелы не могут их открыть. Например, тайны будущего сокрыты от бесов, поэтому при гадании точно узнать будущее невозможно. Это не под силу ни мудрецам, ни обаятелям. Обаяние — это состояние обворожения, когда человека при помощи колдовства начинает обвораживать так, что он привораживается к другому человеку. Обаятель — это тот, кто занимается ворожбой, это приворожение одного человека к другому. «Но есть на небесах Бог, открывающий тайны», Он за пределами всех человеческих возможностей находится. Но Он сам и открывает тайны, когда ему угодно. «И Он открыл царю Навуходоносору, что будет в последние дни». Здесь он употребил специальный термин, означающий «времена действия спасения, время действия искупления». Дело в том, что последние дни начинаются с прихода Христа Спасителя. Вот это приближение последних дней и наступление их было указано царю Навуходоносору. Вавилон к тому времени являлся сильнейшим государством, и Навуходоносор как бы олицетворял падшее человечество. Вот причина, по которой ему и было это открыто Богом в сновидении.

Думаешь ли, что ты действительно можешь рассказать мне сон, который я видел и проч. Соблюдает последовательность в вопросе, сначала спрашивая о сне, относительно которого маги ответили, что они не знают его, а потом об объяснении сна, чтобы, выслушав сон и припомнив виденное, он мог поверить после того и истолкованию, как заключающему истинный смысл.

Что же говорит царь, когда он опытом убедился, что его требование было безрас­судно? Царь сказал Даниилу, который назван был Валтасаром: можешь ли ты сказать мне сон, который я видел, и значение его? Он говорит уже с большею кротостью; он не говорит: если не можешь, то подвергнешься участи других.

Непосредственно знакомый с мудростью Даниила, Навуходоносор однако не вполне еще уверен в том, что он, иноплеменник (25 ст.), может открыть то, что оказалось не под силу вавилонским мудрецам.

«Царь же», будучи рад сему, «рече Даниилу, емуже имя Валтасар: можеши ли» «ми возвестити сон, егоже видех, и сказание его?» Должно заметить и то, что Пророк, не всегда называет себя Валтасаром, а только когда говорит он с царем, который дал ему это имя. Между тем на вопрос: может ли возвестить царю сон и сказание его, ответил, говоря: